Доклады

Ведущий: Сергей Александрович Филатов, председатель Оргкомитета.

 

Уважаемые коллеги, дорогие друзья!

Наша конференция, как и все мероприятия Оргкомитета 19-22 августа проходят при финансовой поддержке Фонда «Президентский центр Б.Н.Ельцина».

Я хочу вас всех поздравить с государственным праздником -  праздником государственного флага Российской Федерации. Это действительно большой праздник, который дал нам возможность связать нашу нынешнюю жизнь с нашим историческим прошлым и в нас возбудил надежды на то, что мы не зря начали преобразования в 90-е годы. Нам было очень трудно. 91 год не только праздник избрания президента Российской Федерации – Бориса Николаевича Ельцина. Это не только праздник нашего национального флага, который затем стал Российским государственным флагом. Это не только победа над номенклатурой, бюрократией и ГКЧП. Это победа, которая была с нами и которая дала нам возможность осмыслить и поверить в то, что у нас все получится в последующие годы.

Но, к сожалению, эти дни связаны еще и с большой трагедией, когда безвластие и попытка государственного переворота партийной и гебистской номенклатуры подтолкнули союзные республики уйти из состава  Советского Союза. Это была трагедия, на которой сегодня очень многие спекулируют. На которой сегодня спекулирует и наша власть, пытаясь всеми силами создать такую атмосферу в обществе, когда оценки преобразований в  90-ые годы и, особенно события, связанные с победой над ГКЧП были не только принижены, но и переосмыслены. Если кто видел вчера передачу с Кургиняном и Сванидзе, которая наверняка  была организована «сверху», она не была инициирована  Сванидзе, я думаю, она была инициирована в какой-то степени Кургиняном, то должен был испытать стыд за нашу власть, позволившую выйти на экраны ГКЧП-пистов, которых пытались представить национальными героями. К сожалению, это происходит не только по отношению к этим событиям, но и по отношению к нашей жизни, к преобразованиям экономическим и политическим в России в те годы. Вы знаете, что очень многие демократические институты за последние годы были деформированы, многие партии по указке из Кремля прекратили свое существование, осталось 7 и их судьба полностью зависит от Кремля. Свободы ограничены. И, прежде всего, нет свободных выборов, а выборы губернаторов отменены. И это естественно вызывает не только наши большие сожаления, но это вызывает протесты людей, которые все более и более организуются в оппозиционные партии, общественные организации, проводят свои митинги с протестом против произвола власти. Поэтому, я думаю, мы с вами на научно-практической конференции поговорим обо всем этом. В эти дни наши корреспонденты, когда берут интервью, задают два обязательных вопроса:

1. Как вы сегодня смотрите на то, что произошло двадцать лет назад?

2. Почему такое разочарование произошло у людей, и почему сегодня они иначе думают и оценивают события двадцатилетней давности?

И то, и другое, в общем-то, объяснимо. Я с большим сожалением слежу за тем, что 90-е годы в головах людей постепенно не без помощи власти превращаются в годы трагические, в годы «лихие», как их называют. И такая складывается ситуация, что у людей сегодня две проблемы: одна проблема: «Мы плохо жили в Советском Союзе», а вторая: «Мы плохо жили в 90-е годы». Девяностые годы кажутся им более страшными. Я думаю, это сделано не случайно, потому что это дает возможность определенного выбора, а заодно оценивать сегодняшние действия власти положительно, и не только. А как спасителей от тех лет.

Но все-таки я с чего начал, тем и закончу свое вступительное слово. Нам Российский флаг и тот период времени дал возможность связать в единое целое прошлое и настоящее нашей России. И это радует. Мы все помним, когда мы хотели наградить к юбилею Александра Николаевича Яковлева, Примаков пошел к президенту просить о награде, то президент сказал: «Я его награждать не буду. Он плохо думает о нашем прошлом, а я думаю о нем хорошо». Вот, если Путин думает плохо о прошлом 90-х годов, то мы думаем хорошо и о 90-х годах, и о нашей истории, и о нашем историческом прошлом. В этом наша сила.

Конечно, была большая трагедия в те дни, что погибли наши ребята: Дмитрий Комарь, Илья Кричевский и Владимир Усов. Я прошу вас почтить их память.

Я хочу предоставить слово Льву Александровичу Пономареву. Я не стал объяснять здесь, что мы организовали общественный оргкомитет. С января месяца мы работаем над нашей программой. Планы мы всем раздали. Поэтому мы сидим здесь в Президиуме как организаторы этих мероприятий оргкомитета. Я предоставляю слово Льву Александровичу Пономареву, члену Оргкомитета, руководителю ООО «За права человека»


Пономарев Л. А.,

Дорогие друзья! Я, конечно, много думал, как бы емко и коротко рассказать об этих событиях и ответить на два вопроса, которые Сергей Александрович поставил. Первый вопрос: почему народ пришел к Белому дому? Почему это все произошло? Верили они в демократию. В защиту ли они демократии или другие были мотивы, что народ шел к Белому дому. По-моему, ответ тривиален: впервые после революции народ выбрал власть. Народ сознательно выбирал президентом Ельцина, за него голосовало большинство. Они сознательно выбирали этот съезд народных депутатов РСФСР. И поэтому, когда ГКЧП решило свергнуть эту власть, активные избиратели поняли, что это нападение на них, на каждого из них. Именно поэтому они пришли к Белому дому, именно поэтому они не думали об опасности, потому что каждый лично воспринял эту проблему.

И второй вопрос. Это не был призыв власти. Это был призыв души к некой организационной роли. Может быть, поддержало движение «Демократическая Россия». Потому что именно мы тогда вели агитацию за Ельцина. Это была единственная организующая сила в то время со стороны демократов. И мы действительно 19 августа с самого раннего утра обзванивали весь актив в Москве, а потом, когда уже находились в Белом доме, обзванивали всю страну. Весь актив движения «Демократическая Россия».

Теперь, кто такие Гэкэчеписты.  Мне мой коллега Евгений Хлок привел очень хороший пример, и я хочу им воспользоваться. Адольф Гитлер, который носил немного другую фамилию в юности, был художником, мечтателем, он мечтал о великой Германии, и если бы у него с властью ничего не получилось,  его бы застрелили во время очередной потасовки или путча, то он бы и остался мечтателем, и о нем может быть были бы написаны книги, если бы он заслужил этого. И он бы не был великим преступником. Но он пролил кровь. Вот также и ГКЧПисты. Ситуация тривиальна. На них смотришь - пожилые люди. Некоторые прожили приличную жизнь. Например, Язов, о нем я ничего плохого не слышал. Но они мечтали о великой империи, о Советском Союзе. Они не понимали тех процессов, которые там происходили, не могли их осмыслить. А КГБ, контора, которая знала, что делает, многих из них просто использовала. Все документы ГКЧП были написаны в КГБ. Все лежало заранее. Они подсунули их Янаеву, Павлову и так далее. Янаев и Павлов, очевидно, испугались, поэтому они и пили по-черному. А военные, к счастью, тоже испугались в какой-то момент. И  проявили, может быть, действительно лучшие  черты своего характера. И сейчас они такие несчастные, такие герои, потому что они не пролили кровь. Но мы действительно в каком-то смысле должны быть им благодарны за это, но не за то, что они пошли на государственный переворот. Никто не гарантировал, что это не кончится арестом. Можно проанализировать отдельные случайные события. И тогда бы у нас была великая трагедия вселенского масштаба. Ядерная держава, которая разваливалась. Невозможно представить, что было бы. Они были и сейчас остаются виновниками, потому что они пошли на рискованный переворот. И поэтому вот такое двузначное отношение. Но они не пролили кровь. Они мечтатели за великую империю. И поэтому мы живем в таком межумочном пространстве, это откладывается в сознании людей. Что делать? Надо с этим мириться, но говорить правду необходимо. И мы должны предотвратить следующий переворот.

Теперь время. Конечно, тогда в 90-е годы можно было надеяться, что мы идем по демократическому пути. Ельцин больной, семья, коррупция, олигархи. Но с олигархами боролись. И Борис Немцов, чтобы о нем ни говорили, он лично выгонял из кабинета Березовского. Исход был не очевиден, что олигархи взяли бы такую наглую власть, какую они взяли сейчас. Пришел 2000 год. Контора выполнила свою задачу, пришла к власти. И неудивительно, что именно они были готовы создавать офшоры. Эксперты говорят, что сейчас половину бюджета вывозят. Кто это делает? Это люди из конторы. Они знают, чего они хотят, они наглые, молодые. И, конечно, сравнивать то время, когда империя разваливалась, и КПСС ни на что не была  годна, с нашим - не приходится. Но, с другой стороны, мы видим, как на наших глазах власть Путина разваливается. Конечно, оппозиция слаба. Но внутренние процессы идут в том направлении, чтобы власть развалилась. И это опасно для страны. И поэтому, для нас, для людей, которые еще шевелятся, есть одна задача: что если опять будут какие-то революционные действия? Надо сделать так, чтобы не случилось опять бунта беспощадного. В 91 году нам удалось предотвратить кровавые события. Нам удалось предотвратить то, что люди бы выходили и вешали коммунистов на столбах. Была мирная демократическая революция. У нас будет 22 августа праздник «20 лет победы в мирной демократической революции». То, что следующая революция неизбежна в стране, это все понимают. Власть разваливается. Это бесспорно. Но наша задача, чтобы эта революция была мирной и демократической. И я уверен, что Россия все равно обречена на свободу. Просто мы хотим, чтобы это произошло как можно быстрее при нашей жизни. И я хочу, чтобы это произошло при моей жизни, хотя, наверное, при мне этого не случится. Спасибо!

Вопрос: Вот вчера выяснилось, ГКЧП когда было создано? В августе? На самом деле было создано под руководством Михаила Сергеевича Горбачева в апреле 1991 года.

- Спасибо за вопрос. Сейчас будут много говорить об этом. В том числе и о роли Горбачева. Не торопитесь задавать вопросы.

Филатов С.А.

 - Давайте, во-первых, установим некий регламент. У нас 18 человек предварительно записалось, чтобы им дали выступить. Это довольно много. Если даже по 10 минут, всего 180 минут – это 3 часа. Давайте попробуем, чтобы каждый в 7 минут уложился. Если будет говорить хорошо, то дадим больше времени. И, во-вторых, все вопросы передайте на бумажке сюда, чтобы не превращать нашу конференцию в базар. Я предоставляю слово Пихое Рудольфу Германовичу, профессору, в прошлом руководителю Росархива.


Пихоя Р.Г.

Уважаемые коллеги, мне пришлось быть Председателем Правительственной комиссии по разработке государственной символики. И, в общем, получилось как всегда – начало всему положил съезд народных депутатов РСФСР. Вот тогда, на съезде, состоялась примечательная схватка тогдашнего председателя избирательной комиссии Василия Ивановича Казакова с Виктором Аксючицем, который тогда руководил кадетской партией. И он тогда принес, едва ли не первый, Российский триколор во время заседания. И тогда началась перепалка. Учитывая то, что заседание транслировалось, триколор получил достаточно широкое «освещение». Но, тем не менее, если мы посмотрим постановление первого съезда народных депутатов, там было принято одно постановление, которое касалось государственной символики – это то, что надо разработать гимн. Вопрос о том, что надо менять герб и флаг даже не ставился. В октябре 1990 года росархив занялся подготовкой огромной выставки «Государственность России». Она была растянута до второго съезда народных депутатов. И в это же время тогдашний вице-премьер Николай Григорьевич Малышев собрал комиссию по разработке вот этого гимна. Причем собралась достаточно странная публика: министр иностранных дел Козырев, Шойгу, депутаты разные, Василий Дмитриевич Поленов. По гимну мы не договорились, но я сказал: «Хотим, не хотим, а герб все равно придется менять. Потому что во всех государствах бывшего Советского Союза восстановили старые исторические гербы. Будем мы делать или не будем; не будем, значит, за нас сделают! Так что нам следует восстановить старую историческую геральдику, флаг и гимн». Тогда, в начале ноября месяца, была создана правительственная  комиссия по разработке государственной геральдики. Мы долго там разбирались. И ко второму-третьему съезду народных депутатов, было принято решение, что надо утвердить герб в виде золотого двуглавого орла на красном фоне и трехцветный флаг. Но я хочу напомнить, что такое был третий съезд народных депутатов. Это так называемое восстание заместителей, это танки на улицах. И когда стали говорить об апреле, то все документы по поводу будущего переворота к этому времени уже были сделаны. Другое дело, что там не хватило решительности. И все дела правительственной геральдики «повисли» в воздухе. Они никому не были нужны. А тут начинается четвертый съезд с вопросом: утверждать ли пост президента и вводить ли референдум. А дальше начинается ожидание пятого съезда. А между всеми этими делами замечательное событие 19-21 августа. 19 и 20 числа триколор уже был везде на улицах. И 22 числа утром, я помню, был напор народных депутатов. Почему-то мне запомнился очень Челноков в этот момент, что нужно повесить флаг. Этого флага не было официально ни у кого, за исключением одного человека – вице-премьера Ярошенко, у которого флаг висел в кабинете. Но он был недостаточно большой для Белого дома. За неимением другого, этот флаг подняли. Но возникает другой вопрос: его поднять-то подняли, а правовой базы никакой нет. Ирония была в том, что зацепиться нельзя было даже за дореволюционное законодательство. До революции у нас была тоже достаточно странная ситуация с государственным законодательством по части применения флага. У нас было три равноправных флага:  так называемый флаг гербовых цветов или государственный флаг (черный орел на золотом фоне); был черно-желто-белый флаг, который утвердили в 50-е годы 19 века (его в обществе не принимали и считали немецким. Его действительно затащил туда главный геральдмейстер России барон Кёне, который переделал русскую геральдику в середине 19 века на немецкий лад. Его активно не принимал Александр III), и существовал так называемый народный флаг со времен Петра Великого – бело-сине-красный. И надо было зацепиться за какой-нибудь клочок легитимности, и я взял документы, связанные с появлением первого русского флага на первом русском военном корабле «Орел», а всегда военно-морские флаги были основой национальных флагов… (запись обрывается).

Филатов С.А.: Слово Евгению Григорьевичу Ясину, научному руководителю Высшей школы экономики. 

Ясин Е.Г.

 

Филатов С.А.: Слово предоставляется Юрию Николаевичу Афанасьеву

Афанасьев Ю.Н.

…На основе статьи Конституции это были искренние устремления, и за ними шло то же: надежда на то, что в соответствии с этими устремленностями Россия будет развиваться по пути демократии и свободы, то есть это были опять же искренние надежды, это были искренние желания, это были устремленности миллионов и миллионов людей. Ну, вот, собственно говоря, и все, что касается демократии, свободы и либерализма. То, что сказал Евгений Григорьевич Ясин, о том, что открылась возможность для проведения рыночных реформ, довольно сомнительно. Она тоже может если и открылась, то на демократическом уровне. Что касается состояния психологии  советских людей, то они совсем не были готовы ни к каким рыночным реформам. Более того они были категорически психологически настроены против глубоких, подобного рода, реформ. Далее, Евгений Григорьевич говорит, что такие реформы рыночные  свершились и были проведены, что с моей  точки зрения совершеннейшая неправда. Никаких либеральных рыночных реформ в России проведено не было. Они были заявлены, некоторые были декларированы, по некоторым из них были приняты законы об их проведении. Но что касается проведения либеральных реформ, то есть осуществления их в жизнь и в реальность, то ничего подобного не случилось. А случилось то, что всем хорошо известно, что в 91 году произошла денежная реформа, Павловская так называемая. Были ликвидированы все сбережения советских людей, и люди остались в буквальном смысле нищими. После этого опять же естественным стало применение и возрастание насилия, что и происходило в 92 году, и пиком этого роста стал 93 год. А дальше тоже реальный факт - это приватизация во всех ее формах. Это тоже действо, не намерение, не декларация, не идеальная какая-то реальность, а это самая настоящая реальность. В ходе приватизации, сначала ваучерных, а потом залоговых аукционов произошло самое, в сущности, главное реальное событие 90-х годов, а именно произошло присвоение всего национального достояния всей советской бюрократии. Это был итог в 90-х годах. Начало этому присвоению в частную собственность национального достояния проложено в середине 80-х годов целой серией указов, решений, постановлений ЦК КПСС и Совета министров. Это была серия постановлений о кооперации, трудовом коллективе, об акционерных обществах и так далее, которые фактически уже в 80-х годах сделали тех, кто владел национальным достоянием функционально, то есть в зависимости от занимаемого «кресла» собственник имеет это национальное достояние фактически. И вот эти собственники и тяготились этой коммунистической идеологией. Им надо было ее смести, отбросить, во что уже никто не верил, и им надо было оформить юридически, то есть не в правовом смысле, а юридически вот это фактическое овладение национальным достоянием. Это была база господства советской бюрократии, которая, в сущности, в 90-х годах и утвердилась. Правда, это утверждение сопровождалось еще и распространением неслыханного криминала. То есть когда начали грабить уже не только те, кто владел по должности чем-то, а появились уже братки, появились уже так называемые организованные преступные группировки, и началось то, что потом назвали фактическим беспределом. А дальше произошло еще более странное дело: произошло срастание этой самой советской бюрократии с этим самым криминалом, с этими самыми кооператорами, братками и так далее.  И органы государственной власти начали превращаться уже из органов государственной власти в фактическое крышевание всеобщего криминала. Вот на этой основе пришел уже Путин к власти. А привел его Ельцин. А  привел его Ельцин с одной единственной целью: обеспечить незыблемость  частного владения национальным  достоянием. Вот что усмотрел Ельцин в силовых структурах и в частности в Путине. Потому что он уже понял, что этот криминал – настоящее ограбление, его удержать, сохранить возможно, только организованными силовыми структурами.  И вы помните, Степашин, Примаков были кандидатурами, это все люди из органов, но по каким-то причинам они, то один, то другой не подходили. Путин подошел. И он не ошибся. Но, что еще интересно, что не один Ельцин, как представитель государственной власти, «перебирал» то Примакова, то Путина, то Степашина, а с прямым участием семьи и олигархов. И получилось, что так называемая демократическая власть, она стала нелегитимной и криминальной. Вот как я смотрю на события этого времени, что дает мне основание говорить, что никакой демократической революции, кроме декларативных заявлений, желания жить в демократии и при свободе, не было. И сейчас продолжается то, что было заложено как основание в 90-х годах Ельциным с участием так называемых демократов и либералов, которых я называю системными либералами, и которые и сейчас остаются в этой самой путинской власти, и которые простилаются около путинской власти в виде всей интеллигенции творческой и научной, в виде всевозможных фондов, всевозможных неправительственных организаций, партий и так далее. Ну, собственно говоря, и все.

Вопрос из зала: Нам не надо было противостоять этому?

 - Надо. Абсолютно необходимо! Я говорю, что в этом порыве, который выводил людей на улицу, на митинги, на протестные акции, в самом движении «Демократическая Россия» было много благородства, искренности и абсолютно искреннего желания уйти от того, что было, и кроме того была еще надежда, что что-то может быть из этого получится. Но из самого факта наличия вот этого благородства и чистоты совсем не следует, что мы должны взахлеб говорить о том, что удалось или чего не получилось в то время.  Нет, надо просто смотреть объективно на вещи. Дело в том, что от крушения Советского Союза само по себе оно вписывается в еще более продолжительную перспективу исторической динамики России.  А именно разрушился и крах потерпел не только Советский Союз. А вместе с ним крах потерпел этот самый тип самодержавной России, а то есть определенный тип русской культуры. Он рушится и сейчас. Это крушение достигло своей высшей степени умирания, с моей точки зрения.

С.А. Филатов: Горький анализ вы, конечно, делаете, Юрий Николаевич, но я должен сказать, что нам такие анализы сегодня нужны. Нужны, чтобы мы прочищали свои мозги, потому что мы пока что живем в эйфории. Спасибо, Юрий Николаевич.  Передаю слово Шумейко Владимиру Филипповичу. Я прошу подготовиться Андрея Пионтковского.

 

Шумейко В.Ф. 

Хорошая у нас традиция: приходить, садиться в Президиум и рассказывать что-то. Юрий Николаевич действительно красиво развернул. Юрий Николаевич, вы развернули знаменитую фразу Черномырдина: «Хотели как лучше, а получилось как всегда». Но я бы немного поспорил вот с чем: мы действительно сегодня обсуждаем события 19 августа 1991 года, тогда никто не мог, и вы тогда не могли сделать этот анализ, потому что не было фактов. Мне очень не нравится, когда современные средства массовой информации с подачи власти употребляют понятие «лихие 90-ые». Представляют нас такими бандитами, которые собрались и выступили против ГКЧП. Но ведь мы были абсолютно легитимными. Съезд народных депутатов России единственный в истории современной России, когда на самом деле людей выбрали не по партийным спискам, а по личным качествам. И вот эти 1060 человек на съезде были личностями. Они были абсолютно легитимными. Их выбрали! И они обязаны были защищать ту власть, которую выбрали люди. Параметр легитимности состоит в том, и многие сегодня говорят: «Вот был референдум, люди высказались за Советский Союз, а вы его развалили своими усилиями». Да, был референдум по каждой республике отдельно в развалившемся уже союзе. Многие не голосовали.  В России состоялось  два референдума. Если вы помните, в первом был вопрос: согласны ли вы с тем, что вы будете жить в новом обновленном государстве? Там ничего не было юридического. Во втором вопрос был очень юридическим: согласны ли вы с тем, чтобы ввести в России пост президента? 87 % сказали «да» союзу и 87,2 - «да» президенту. Что получилось? Сам Горбачев, первый президент союза, подводя итоги тогда, сказал: «Все, государство кончилось. В одной берлоге два медведя не живут» Он прекрасно понимал, что такое «Президент России». Давайте, посмотрим на то, что такое Советский Союз. Все сегодня «плачут», что его нет, он развалился. Великая держава… У того спросили: «Кто развалился кроме русских?»  Спросите Прибалтику, спросите Азербайджан, который стал совершенно другим. Спросите Грузию, Армению и так далее. Вы же их не спрашиваете, хотят они снова жить в Союзе. Ведь то имперское сознание живет в нас до сих пор. Так со стороны имперского сознания нам этого союза жалко. Был и был, сколько империй развалилось за всю историю. Была – другая будет. Все равно на этом пространстве мира нет другого государства кроме России, кто это пространство объединит, если к тому будут то обстоятельства. Не к таджикам же пойдут, не к узбекам. Я всех уважаю! Но вы понимаете, о чем я говорю. Поэтому эти «лихие 90-е» не лихие были, мы о другом думали. Я в то время был депутатом. Но я пришел в депутаты из генеральных директоров. Генеральный директор крупнейшего в Европе предприятия. Зарплату я получал на тот момент, когда избирался, 1200 рублей. Вы помните, что это хорошие деньги были в то время.  Я только партийный взнос оплатил, мне было их жалко. То, что я столько денег только в партию отдаю. Так, ради шутки. И я видел изнутри, что происходило. Мы тогда ушли из государства. И мы работали уже в рынке. Свободно мы ушли из госплана. Когда Ельцина второй раз выбирали, я приехал на родной завод, меня там чуть не убили.  Мне сказали: «Ты зачем ушел?». И мне одна женщина потом говорит: «Я до сих пор сапоги свои не получила».  Мы бесплатно раздавали чешские сапоги в счет прибыли и так далее. Жили совсем по- другому. И тогда уже, Юрий Николаевич прав, эта китайская знаменитая модель «рождалась». Когда все, что принадлежало государству, должно было распределиться между узким кругом.  Те самые «красные» директора, они все готовили это. И что такое ГКЧП с точки зрения экономики? Это не дать прекратиться этому процессу. Он уже шел, когда все прибиралось к рукам. Сначала кооперативы, малые предприятия. Потом вдруг появился съезд народных депутатов. Эти российские депутаты, этот Ельцин, которые всему мешают. Вы посмотрите состав ГКЧП. Главный промышленник там, главный колхозник там. У меня он потом был в Совете Федерации. Я его в приватной беседе спрашиваю: «Ты чего пришел, тебя кто звал в ГКЧП? Ты один с раскладушкой туда пришел надолго, - я говорю, - Я ж был у тебя там, в Тульской области. У тебя там все!» Он владеет там  всем. А он говорит: «Это у меня. А там я за народ выступаю!» Поэтому никаких «лихих 90-х» не было. Был абсолютно легитимный съезд. А что касается приватизации, что решил съезд-то и Верховный Совет по этому поводу. Был принят закон, в котором было предусмотрено приватизирование объекта. Но процесс настолько длинен. Представляете, насколько бы он растянулся и каждому постепенно деньги идут. А все до одного большевики. Вот Чубайс – самый яркий пример современного большевика. Надо сейчас и сразу. Надо доложить Западу, что у нас уже приватизировано, тогда нас примут. Борис Николаевич тоже этим заразился. Он тоже любил быстро и сразу. Вот сейчас, а потом уже будет поздно. И поменяли все эти счета на ваучеры, чтобы быстро, чтобы фонды, чтобы пошло. Те, кто в экономике понимал, согласились с этим быстро, зная, куда это пойдет. И еще раз говорю: мрачная картина сегодня. Но мы ж не об этом сегодня говорим. Мы говорим о том дне, о тех нескольких годах демократии. Пусть два-три, но она была. И я совершенно не жалею ни об одном своем поступке. Ну, может, жалею о разных с политической точки зрения. Все, что мы делали – делали с искренней верой в то, что все будет хорошо. С этим я вас всех и поздравляю!

Филатов С.А.: Я хочу объявить о том, что мы записываем все выступления и будем выпускать сборник – стенограмму выступлений. Выступает Андрей Пионтковский. Подготовиться Подопригоре Владимиру.

 

Пионтковский А.А.

 Дорогие друзья! По-моему все выступления сегодня пытаются разрешить одно громадное противоречие - противоречие двух ощущений. Вот Евгений Григорьевич сказал, что 21-22 авгутса были одними из самых счастливых дней в его жизни. Я думаю, то же самое может сказать каждый из присутствующих в этом зале.

А вот сегодня мы все ощущаем, что живем в мафиозном государстве. И об этом очень хорошо и подробно говорил Юрий Николаевич. Тем не менее сзади написано «День Российского флага»; висит тот влаг, который мы подняли 22 августа. Не было никаких переворотов, никакие захватчики не пришли. В той победе, которую мы с таким вдохновением переживали 21 августа, уже были семена сегодняшнего поражения. И вы, Сергей Александрович, совершенно правы, что нужно об этом очень глубоко говорить и рассуждать.

Очень коротко о том, что же это все-таки было. Прекрасно сказал и проиллюстрировал Владимир Шумейко, что нам казалось 22 августа, что мы сокрушили дракона коммунизма. Он уже был сокрушен в умах и сердцах его жрецов, вождей, идеологов. Стремление к номенклатурной приватизации было конценсостным проектом всей номенклатуры: и той, которая стояла за ГКЧП, и той, которая стояла за Ельцина. Поэтому это была победа одной из номенклатурных групп, ставивших тургостратегическую цель. Но мы не зря выходили тогда на площадь. Потому что этот путч не был коммунистическим, он был имперским. Меня это поразило, когда я просматривал их документы. Там  не было слова социализм, не было никаких ссылок на коммунизм, ничего о распадающемся союзе. Они хотели в отличие от околоельцинских номенклатур и громадную собственность, и имперское величие. Они хотели Югославского в ряд. Потенциально это были русские мирошовечи, которые устроили бы национальную войну, напичканную ядерным оружием. Это привело бы к громадной катастрофе. Это было, в первую очередь, поражение имперских  идей, которые не поддержал народ.  Но мы приняли свою победу  одной номенклатурной группы, которая начала реализовывать свой проект. Опять же сошлюсь на предыдущего выступающего.  Безобразная пропагандистская легенда является противопоставлением «лихих» девяностых замечательным нулевым, когда пришел Путин, посадил олигархов, навел порядки. Но не менее лживой  легендой является легенда о том, что пришли какие-то ужасные чекисты и устроили государственный переворот. Все эти люди выросли, как нам ни горько говорить сегодня, они выросли внутри ельцинского режима. И не стоит упоминать в этот день персонально людей, кто именно привел Путина за руку к власти и с какой целью. И все отрицательные тенденции: и олигархи, и уничтожение демократии – они уже реализовывались в середине  90-х и доводились Путиным просто до логического предела.

Никак не могу согласиться с уважаемым Евгением Григорьевичем:  «Мы построили рыночную экономику, а теперь будем строить демократию». Какая рыночная экономика, если нет ее основного института частной собственности? Когда самый богатый человек говорит: «Я в любой  момент отдам все свое состояние В.В. Путину». Это действительно так и когда В.В. Путин отбирает все состояние у предыдущего самого богатого человека и сажает его в тюрьму.  И то же самое  творится на уровне ларька в зависимости от отношений его хозяина с местной полицией.  Это феодальная система, где собственность условна. Это не социализм, это не капитализм. Это совершенно новое мафиозное государство. И ответственность эта не  тех номенклатурщиков, которые делили собственность в  середине 80-х. Это ответственность интеллигенции, которая пошла им на службу и которая продолжает им  служить. Евгений Григорьевич, ваши любимые ученики, которые сейчас сидят в правительстве и которые пишут Путину программку 2020 – это капо преступного режима. Вот их  ответственность больше, чем чья-либо другая в том, что мы  пришли от той точки вдохновения в 21 августа 91 года к сегодняшней катастрофе. И выход из этой катастрофы только в моральном сопротивлении, в отказе сотрудничества с этим  режимом, в отказе от игр с ними в  эти либеральные «погремушки». Четыре года нам подсовывали Медведева. Что: «Вот-вот, придет замечательный Медведев.  Начнутся великие либеральные реформы».  Кстати, всегда говорят, что надо проводить не популярные реформы. Я уже 25 лет слышу о начинающих с прорабов перестройки одну и ту же  фразу  «непопулярные реформы». Я понимаю, если непопулярные реформы 2—3 года, надо провести какие-то  жесткие меры в экономике, после которых потом расцветет наука, промышленность, появится социальный лифт. Но 25 лет, простите, и еще 12 нам предлагают при Путине эти непопулярные реформы. И люди, которые об этих непопулярных реформах говорили, за это время стали мультимиллионерами. Вот кто виновен в том, что мы проиграли тот день. И нельзя ограничиваться критикой этого сегодняшнего альфа-самца. Надо понимать, откуда он вырос со своей чекистской хунтой. Понимать истоки нашего поражения в ошибках реформаторов, которые пришли к власти в 91 году. Спасибо!

Филатов С.А.: Владимир Николаевич Подопригора, приготовиться  Волкову Леониду Борисовичу.

 

Подопригора В.Н.

Уважаемые коллеги, дамы и господа! Уже  задавался вопрос: зря ли был август 91 года, зря ли люди поддержали Ельцина, Верховный Совет и съезд народных депутатов.  Мы поддержали свое будущее, так скажем.

Небольшой экскурс в историю. Так случается в Российской истории, что август – ключевой месяц для преобразований. 1612 год, август – битва под Москвой. И захватчики из Польши выдворены из города, хотя окончательно они ушли из Кремля в октябре, но в августе они уступили Москву, сосредоточив свои силы только в Кремле, оставшись там в осадном положении.  Что предшествовало событию августа 1612 года? Большая пропагандистская работа церкви. По всем городам и селам церковные дьяконы, попы распространяли информацию о том, что Россия гибнет под гнетом иноземцев, и что необходимо объединяться. Услышав этот глас, набожный человек Минин, поверив в эту идею возрождения и рождения новой России, пришел к князю Пожарскому и предложил ему возглавить войско, предложил выступить организатором сбора средств от простых людей. Кто нес серебряный крест, кто серебряную ложку, кто давал из своего табуна коня. Этот народный дух, который в 1612 году дал возможность Романовым прийти во власть, обеспечил, поскольку он был сильным, искренним, он был выстрадан людьми, обеспечил государству единство и обеспечил дому Романовых 300-летнее существование.

Что произошло в 1991 году? Этому предшествовала большая разрушительная работа КПСС, большая пропагандистская работа «Демократической России», которая на всех углах, известная группа экономистов, ученых-историков, я не буду называть эти великолепные имена и фамилии. Мы все их помним и благодарны им за ту пропагандистскую деятельность, которую они сделали в конце 80-х и в начале 90-х годов. Мы зачитывались и обсуждали все это, пропускали через себя и таким образом готовили себя к событиям 91-го года. И когда мы в 91-м году избрали свою власть, мы уже знали, что и как нам надо делать. И когда наша воля вдруг натолкнулась на серьезное препятствие в виде ГКЧП, нас это крепко возмутило, потому что мы уже были с душой реформаторов, преображения, с душой новой России. И эту душу уже нельзя было уничтожить. И никакого успеха не могло быть у ГКЧП. Точно так же как не могло быть у поляков успеха в 1612 году.

Теперь небольшой экскурс не исторический, а в будущее. Я не буду давать оценок. Здесь много уже сказано, многое можно прочитать в книгах, интернете. Грустно, иногда противно, иногда до слез обидно, что приходится жить в той исторической ситуации, которая есть. Что же ждет нас впереди? Будет ли у нас август 2012 года или, допустим, 2015? Я в полной уверенности, что будет. Потому что уже шестой год активно изучаю, как происходит формирование нового политического и духовного сознания. Обратите внимание, благодаря усилиям власти, снивилированы прежние институты формирования государственной души. Отсутствуют системы, которые были проводниками новых реформаторских идей – это политические партии, открытые общественные организации, которые могли бы, используя средства, доступные государству, идти к каждому человеку. Точно так же, как были пропагандистские политические кружки у коммунистической партии большевиков. Точно так же как был полит просвет в 30-е годы и потом кружки политического образования в 50-е и 60-е годы. Этой системы в настоящий момент нет. И люди образовываются сами, общаясь друг с другом через живые журналы, через интернет, передавая друг другу информацию, фотографии, сообщения, свои мысли, идеи. И эта среда, которая бурно развивается, именно она сегодня является надеждой на наше будущее. На то, что России удастся снова обрести свою государственную душу, и эта душа будет состоять из частей, в которые будут вложены души ее граждан, несомненно. Спасибо!

Филатов С.А.: Слово предоставляется Леониду Борисовичу Волкову, народному депутату РСФСР 1990-1993гг.


Волков Л.Б.

 О выступлении Ю. Н. Афанасьева и А.А. Пионтковского. Уважаемые коллеги! Вы ведь историки. Давайте немного повернем наши головы и мысли к истории. «Ах, виноват Ельцин в том, что он назначил Путина». Скажите, пожалуйста, это Путин придумал ваучерную приватизацию? Это Путин объяснял, что: «Да, мы создадим дикий капитализм, который со временем когда-то цивилизуется»? Я очень хорошо помню выступление Чубайса. Разве после назначения Путина образовался или даже с избранием Ельцина президентом образовался тот будущий олигархический капитал? Когда эта ваучерная приватизация позволила далеко не всегда высокой номенклатуре, но и различным прошлым толкачам, стаженцам и всякой прочей публике, которая в советское время имела этот закрытый рынок, и эту коррупцию, и эти взятки. Простите, мне 82 года через несколько дней. Я жил и работал еще при Сталине! И я хорошо знаю, как все это происходило. Это наследие мы должны были учитывать с самого начала и понимать. И я думаю, что все мы это хорошо понимали. И понимали, что мы затеяли безнадежное дело, Юрий Николаевич! Безнадежное дело. Но мы не могли его не затеять, потому что терпеть то, что было, дальше было  тоже невозможно! Надо было штурмовать небо, как когда-то делали все страны, которые все-таки построили позже или раньше цивилизованное общество. Давайте, кстати, оглянемся на эти страны. Сколько понадобилось Франции, которая считается родиной демократии, хотя не совсем справедливо, для того, чтобы прийти к почти современному конституционному строю? Почти 200 лет! Во всяком случае, революция 78-го года и до 1978 года…. [ запись оборвалась]

… Немного я знаю о Примакове. О Степашине, что тут вообще говорить… Но дело в том, что казалось бы, лучше всего поставить какого-нибудь интеллигентного человека. Вот Гайдара бы поставить еще раз, меня может быть… Но дело в том, что интеллигенция не хотела этого. Единственный человек, который решился стать прокурором, генеральным прокурором – Казанник. Сколько он просуществовал? Его никто не увольнял, он сам ушел. Я знаю эту интеллигенцию, я разговаривал с моими коллегами юристами. Ребята, мы никогда не создадим правовое государство…[ запись оборвалась]

Интеллигенция обозревает. Правильно, если интеллигенция. Но тогда, не надо кивать. Кивать на тех, кто за интеллигенцию должен решать эти вопросы и решает их так, как он может их решать с этим народом, а не с другим. Это все надо понимать. И когда из наших идеалов не получается то, что нам хотелось бы, мы уходим в эспопизм, говорим, что вообще ничего не надо, ничего…[ запись оборвалась]

Реальная особенность России, на мой взгляд, по крайней мере, состоит в  том, что она прошла несколько разных этапов цивилизации, сохраняя в то же время все станы цивилизации. Люди одновременно модернизаторы, ускорители и так далее и в то же время они живут еще в феодальном и даже родоплеменном мире. Отсюда наши проблемы. Они  не решаются декретами, они не решаются законами. Они решаются упорной, кропотливой работой интеллигенции. И когда меня спрашивают: «Кто виноват в том, что не получилось то, что мы хотели?», я себе отвечаю:  «Виновата, прежде всего, интеллигенция, которая не сумела и не захотела на самом деле пойти во власть». Вы, Юрий Николаевич, нарисовали картину: Ельцин выбирает-выбирает, тонкости, пашет. То Примаков, значит, Путин появляется и так далее. Ну, я не знаю, откуда у вас такие сведения, что Ельцин именно вот так сидел и рассуждал. Может, так оно и было, может, и нет. Но дело в том, что, а кого, а кого, Юрий Николаевич, кого?

У нас в интернете много зарегистрированных, незарегистрированных, подложных и так далее сайтов, но большинство из них - погромные сайты. Сайты, которые говорят только на ненормативной лексике, но требуют крови, обличают криминальный режим, как будто это самое главное сегодня. Криминальный режим, вот, в чем проблема! Деньги! И давайте их убивать, убирать и так далее. Я не выступаю защитником этой власти, но когда слово в слово за исключением ненормативной лексики совпадает то, что говорит Юрий Николаевич с тем, что пишут эти бандиты, мне становится горько! Так, по-моему, нельзя. Не в этом состоит все-таки задача интеллигенции. И дальше, вы произнесли такую речь: «Декларации всего – это только декларации» С каких пор мы, представители интеллигенции, забыли что такое слово? Как будто слово – это вообще ничто. Между тем, великие дела в истории начинались и завершались именно со слова. Слова иногда играют большую роль, чем так называемые дела! Тут я выступлю частично в защиту президента Медведева, от которого тоже вы отрекаетесь, чего я бы не стал делать так просто. Все говорят, и все мои ближайшие друзья говорят:  «Ну, что он все говорит какие-то слова, а ничего не делает?» Вот, потому и не делает, что он профессор. Он на самом деле интеллигентный человек, я, как юрист это вижу. В отличие от Путина, который понятия не имеет, что такое право. Путина, который не слышал имени Бекаря, когда он говорил: «Ах, этот человек – преступник! Что мы должны с ним по закону поступать что ли?» А это святая святых всех юристов, что с преступником надо поступать по закону! Медведев этого не говорил. Медведев говорит слова, и он не делает дела по разным причинам, но, в частности, по той причине, что делать дела – нарушение принципов права не желательно. Потому что своими словами,  пусть это пока только слова, он постепенно влияет на мышление тех, может даже и Путина подвигнуть  в сторону продвижения к правовому государству. Вот, это то, что я хотел сказать. Извините меня, но против правды не «попрешь».

Я хочу коснуться другого момента, который имеет и ко мне личное отношение. Вот подсказали  очень интересную историю по поводу дня флага. Действительно история интересная. Я только не пойму все-таки, какой флаг мы имеем? Флаг бюрократической традиции России, имперской и бюрократической традиции, потому что  решалось это, как я понял, в бюрократических кабинетах и так далее. Какое это имеет отношение к 22 августа? Да никакого. Я должен кое-что дополнить, поскольку я непосредственный участник этих событий. Передо мной стенограмма заседания 22 августа. Вот открывается заседание Верховного совета. И, представляете себе, депутату Волкову, в моем лице, председатель Хасбулатов, такая редкость за всю историю работы съезда народных депутатов, представляет слово. И  депутат Волков говорит: «Господа, все это очень хорошо, но вот защитники Белого дома говорят, а я рано утром выскочил вниз и говорил с защитниками, они стояли у моей машины, которая баррикадой защищала этот дом. И говорят: «Что же это такое, мы боролись, защищали, а здесь болтается эта красная тряпка?»  И что же говорит депутат Волков, говорит он о том, что защитники просят просто поднять трехцветный флаг. Флаг победы демократической свободной России. Я акцентирую внимание на этой формулировке. Это депутатское предложение – поднять трехцветный флаг демократической свободной России. Флаг ее победы. И это намек на совершенно другую преемственность. Преемственность не от этой странной полунемецкой трехцветки, которая когда-то вводилась Петром и только на некоторых кораблях, на самом деле. А это преемственность от трехцветного флага февральской демократической революции. Была такая революция в России, которую никто не устраивал: ни Ленин, ни Сталин. Которая произошла стихийно. Хотя, к сожалению, недолго продержалась. Вот, откуда надо искать преемственность России. Вот куда надо смотреть, с моей точки зрения, назад. Потому что основная проблема сегодняшней России, на мой взгляд, это отсутствие понимания легитимности того государства и того общества, в котором народ живет. Он не понимает, и мы не понимаем, что это за общество, что за государство. Его надо легитимизировать. Надо, если и есть у интеллигенции задача, это искать пути этой легитимации. Я думаю, что для этого нужно возобновление конституционного процесса. Небыстрое, нестремительное. Но надо, чтобы Конституция и будущее право прошли через сознание народа и впитали в себя народные представления о том, что есть право и есть Конституция. Спасибо!

Филатов С.А.: Слово  предоставляется Анатолию Дмитриевичу Цыганку, члену Оргкомитета, ответственному за награждение медалью «Защитнику свободной России»

 

Цыганок А.Д.

Уважаемые коллеги, я горд тем, что я был с вами в те дни 1991 года. Я считаю, что мы сделали все для того, чтобы обеспечить демократическую власть России. У меня доклад немного другой, в основном все говорят об экономике, политике. Я хотел бы сказать о структуре оборонного ведомства России.  Я хотел бы напомнить две интересные вещи. Дело в том, что оборонное ведомство - структура власти в соответствии с законом «О республиканских министерствах и государственных комитетах» от 14 июня 1990 года. Кстати, большинство народных депутатов отрицательно относились к любому намеку на сепаратистскую российскую армию. Поэтому ведомство стали называть в то время «Государственный комитет РСФСР по общественной безопасности и взаимодействию».  После участия советских войск в попытке переворота в Вильнюсе 13 января председатель Моссовета заявил: «Может быть в России следует создать собственную армию и национальную гвардию». И вот тогда появился первый сигнал, что нужно создавать российскую гвардию. 31 января 1991 года государственный комитет РСФСР по общественной безопасности и взаимодействию с министерством обороны был преобразован в госкомитет РСФСР по обороне и безопасности, который возглавил тогда К. Кобец. В мае 91 года комитет по гособороне был разделен на госкомитет РСФСР по делам бороны и КГБ РСФСР. И после формирования нового уже правительства  30 июня госкомитет по делам бороны был переименован в государственный комитет по оборонным вопросам. Я считаю, что в настоящее время в России существовало три юридических возможности для того, чтобы организовать новые вооруженные силы. Дело в том, что министр обороны РСФСР генерал-полковник Кобец был назначен указом президента № 67 1991 года. И вот тогда приказом министра обороны № 3 был составлен в то время штаб обороны Белого дома, и 4 человека из них находятся сейчас здесь. Следующий вариант, это создание российской гвардии. Обратите внимание, что создание российской гвардии было именно по решению внеочередного съезда народных депутатов, когда это было поручено Кобецу. И третий вариант это была создана комиссия по формированию российской армии. Я хотел бы показать вам интересный момент. Когда мы говорим о том, что создавался штаб обороны Белого дома, то мы должны четко понимать: 19 число идет вразброд. В конце концов, депутаты принимают одно решение, правительство – другое. У Сергея Филатова был тоже свой депутатский штаб, второй штаб был у вице-президента Руцкого. И в этой ситуации служба охраны была фактически парализована. Чьи решения исполнять? И когда был назначен указом президента министр обороны, то ему было  поручено заниматься вопросами обеспечения безопасности. В распоряжении Кобеца было всего лишь десять человек.  Но интересный момент: все эти десять человек в деятельности штаба обороны Белого дома не принимали никакого участия. Кто входил в этот штаб? Генерал Кобец, зам. начальника обороны генерал-майор Чернышев, зам. министра общественной безопасности, начальник штаба – генерал-майор Стерлигов (он сопровождал Руцкого, и мы познакомились только через три дня), комендант здания был Захаров, координатор действий от имени  президента Руцкой. Я знаю по рассказам Циолкова, он в то время был депутатом Верховного совета СССР, они требовали от Силаева, чтобы они согласились сдать хоть какую-нибудь оборонную структуру. Когда пришли танки к Белому дому и они были не для защиты, а перед ними стояли совершенно другие задачи. Я считаю, что примерно четвертая часть офицерского корпуса армии КГБ - МВД они поддержали в той ситуации. Перед штабом обороны была поставлена простая задача: в течение одного дня разобрать всю ситуацию, которая складывается в Москве, в России и за рубежом России. Что стало известно? Вы помните, что я 20 числа докладывал народным депутатам о той ситуации, которая складывалась у Белого дома и на территории России. И вот тогда было согласовано с Сергеем Александровичем то, что народные депутаты должны пойти и агитировать войска. Этот флаг был поднят под руководством коменданта здания генерала Захарова и тремя лейтенантами службы охраны.  Я отвечаю в оргкомитете за представление государственных наград, и мне понадобилось  20 лет, чтобы найти трех лейтенантов, которые уже являются профессорами и полковниками. Надо было их наградить.

И мне бы хотелось объявить еще один интересный момент. Поймите, в конце концов, что медаль, которую я с гордостью ношу, медалью было награждено всего 1194 человека. Основная часть медалей была вручена в 92-м году - 1400 человек, в 93-м году - 400 человек. Последней медалью был награжден один человек в 2001 году. И счастье, что президент дал возможность наградить медалью «Свободный защитник России».

Филатов С.А. Слово предоставляется Катаеву Дмитрию Ивановичу, депутату Моссовета и Мосгордумы 1990-2005гг.


Катаев Д.И. 

Здравствуйте, уважаемые коллеги! У меня времени мало, но у меня всего три тезиса. Первое, все-таки главный герой августа 1991 года, извините за банальность, это народ. Народ никогда не говорит свое слово в идеальном варианте. Он очень часто ошибается, но, когда он это говорит, сказать этого, конечно, нельзя. Как говорится, если бы я был такой умный, как моя жена потом. Народ сказал свое слово. Это редко бывает. Это было и в феврале 1917, и, нравится нам или нет, в октябре 1917, во время Великой Отечественной войны. Это же было и в августе 1991 года. И к этому в любом варианте надо относиться с уважением. Это мое глубочайшее убеждение. Что бы потом не произошло, а происходит часто прямо противоположное тому, чего хотелось бы в начальном варианте, но слово, сказанное народом в августе 1991, оно было.

Второй тезис. Мне не очень удобно при Юрии Николаевиче напоминать о непрерывности истории. Давайте все-таки события августа рассматривать в контексте истории России, не только будущей, но и прошлой. Я читаю книгу моего деда, профессора истории И.М. Катаева, которая вышла в 1914 году, незадолго до войны. Она называется «Дореформенная бюрократия в России». Дореформенная имеется в виду до отмены крепостного права. Когда я начал ее читать, я взял лист бумаги и ручку, думаю, сейчас буду выписывать. Понятно, много общего с тем, что происходит сейчас. А потом я понял, что надо не выписывать, а переписывать. Все про нас! Вот эта самая дореформенная бюрократия, начиная отчасти с Петра, - это то, что мы имеет сейчас и, сами понимаете, будем еще какое-то время иметь. Именно в этом контексте был всплеск в феврале 1917. Это было начало буржуазно-демократической, говоря марксистскими словами, революции в России. Но через 20 лет после этой и октябрьской революции был 1937 год. А в 1991 году был второй этап буржуазно-демократической революции. Но 1937-го, слава Богу, еще не было, и, надеюсь, не будет. А что будет? Наверное, будет третий этап буржуазно-демократической революции, и, будем надеяться, последний. Хотелось бы, чтобы это было не революцией, а эволюцией, о которой мечтал Гайдар еще, если не ошибаюсь, в 1994 году. Вот что нас, видимо, ожидает. И, конечно, вопрос: почему так несимпатично развивались события после 1991 года? Потому что революция революцией, но до того был тоталитарный режим. А в тоталитарном режиме не вызревают зачатки будущего более совершенного строя. Не могут вызревать ни кадры, ни экономика, ни политическая инфраструктура. Только деградируют. А сейчас? Сейчас тоже, конечно, и деградируют, но и вызревают. Мы очень любим поплакпть по поводу отсутствия в России гражданского общества, а оно зреет - уродливое, искаженное, но оно зреет! И кадры зреют. Поэтому следующий этап революции будет сильно отличаться от двух предыдущих. Будем на это надеяться.  Спасибо!

Филатов С.А.: Выступает Валерий Федорович Меньшиков, член Оргкомитета.

 

Меньщиков В.Ф.

Дорогие коллеги, добрый день! Я вообще рад, что собралась хотя бы эта аудитория для того, чтобы вспомнить события начала 90-х.

Передо мной в основном выступали замечательные экономисты, историки и тут маленькая идет процедура разных мнений. Я сам физик, и мне сложно говорить о таком историческом анализе. Но, тем не менее, я участник тех событий. Я был увлечен естественным отбором. Я могу с высоты своих лет сказать, что, наверное, в 90-е годы были единственные демократические и чистые выборы, которые я наблюдал за всю свою жизнь. Это первое. И эта волна вынесла тех людей, которые сидели на съезде, и часть их сидит здесь. Я рад их видеть. Ситуация, которую мы анализировали по-разному, ну, как я мог, недопущенный к верховной власти даже той новой России, чувствовать или мне нужны были реальные факты. Чувствовалось напряжение между Ельциным и Горбачевым, мы это все видели, союзного и российского парламента и всех ветвей власти. Вот это мы ощущали. Но, если честно сказать, я не могу вспомнить, что бы была глубокая тревога, когда  в августе 91 года я уезжал в отпуск из парламента. Уехал работать начальником спасательного отряда на Кавказе. И я там услышал по маленькому приемнику, слава Богу, альф-база не наверху, а пониже. На следующий день надо было просто дождаться людей, спустившихся с гор, и пуститься в Москву в Белый дом. Одно примечание, когда я поздно вечером, под 12, был в Минводах, никакие самолеты в Москву уже не летали, я ходил с этим приемником, вытащив антенну, и за мной была слежка, потом через некоторое время этот человек подошел часа через 1,5, увидел депутатский значок и сказал: «Извините, я представитель КГБ. Вы ходите с радиопередатчиком» Но когда узнал, что это радиоприемник, то говорит: «Слушай, мужик, какой груз ты с меня снял! Пошли, посидим где-нибудь в кафе». Так  вот представитель КГБ сказал: «Я сам с Камчатки, недавно переведен. Мы все за Б.Н.Ельцина. А этого Крючкова мы не любим». Но это маленькое замечание. В принципе, если говорить об августе, я бы сказал, почему мы так сильно всем обществом уделяем внимание ГКЧП? Для меня сегодня это промежуточный и не очень интересный период. Вот, сегодня или вчера их показывали, ну, интеллектуально небогатый коллектив людей. По-моему, самое главное, это те люди, которые выступили в защиту той легитимной власти. Вот это потрясающе. Это рост демократического сознания на наших глазах! Это было важно и интересно. И то, что эти люди не знали, чем это кончится, но они жертвенно поднялись в разных местах в России. Я вот, например, был депутат из Липецка, и там создался штаб защитников конституции в гораздо худших условиях, чем в Москве. И эта цифра, что в те дни 310 тыс. человек Москва и Ленинград были живым кольцом – вот это было потрясающим! И я думаю, что в памяти нашей эта благодарность этим людям должна всегда оставаться.

Теперь, по той серьезной проблеме о противостоянии России в лице депутатов, Ельцина и всех структур и центра. Тут Сергей Александрович напомнил в одном интервью, что такое была Россия? 75 % всей промышленности и в руках власти одно ЖКХ. Больше ничего. Естественно, это вызывало глубочайшие противоречия среди нас, депутатов, и тех, кто это понимал и осознавал. Поскольку я 10 лет работал в Новосибирском академгородке в 70-е и начале 80-х, я понимал,  какая ситуация в нашей науке. Я видел, как мы отстали, допустим, в вычислительной технике. Какие были причины этому. Так судьба распорядилась – позже стал начальником на новолипецком заводе. То есть видел эту промышленную махину изнутри. И видел, что и там огромное отставание. Наша страна была неконкурентоспособная. И если бы не было ГКЧП, я уверен, что все равно, просто через некоторое время, СССР бы распался. Просто август был катализатором. Эти люди создали какие-то условия для фазового перехода, как говорят в физике.

Я хочу еще одну мысль сказать. Вы знаете, задача, которая стояла после  августа перед Россией, состояла не только в экономическом аспекте, что нужен был переход к рыночной экономике. Но неконкурентоспособная страна просто! И в науке, и в ВПК и так далее. Но еще два условия, которые я вам скажу: это от тоталитарного политического режима надо было переходить к демократическому. И, наконец, третье: от имперского сознания - к национальному. Условие, в этот короткий период, невозможное в своем воплощении. Так вышло, что эти три условия надо было выполнить в очень короткое время. И тут я кланяюсь своей маме, которая говорит: «Мальчики, ну, что ж вы хотите, чтобы за 15-20 лет все стало прекрасно и благополучно. Не бывает этого». Она прожила от царских времен и до нынешнего времени и понимает, что так быстро это не происходит.

Ну, и говоря о сегодняшнем времени, это какой-то кривой вектор, который смотрит обратно в прошлое. Как из этого выходить пространства, я не очень представляю. Мне кажется, пассионарности народа, которая была в 91 году, я не вижу этого сейчас. Значит, наверное, надо делать то, что надо. Что такое интеллигенция? Это человек сомневающийся и не врущий. Чтобы эти люди не думали, что они бесполезны. Не ждите востребованности. Надо делать то, что возможно. Но это величайшее счастье, быть в 91 году со своим народом.

Филатов С. А.: Я вам расскажу эпизод с Кургиняном, после которого, по-моему, сегодня можно понять его поведение более определенно и  дать ему  оценку, как поведения подлого. Когда был создан штаб по выбору Б.Н. Ельцина президентом, а во главе штаба поставили Олега Сосковца, а я вроде как заместитель – был призван работать с интеллигенцией. Естественно, Сосковец другими методами пользоваться не мог, кроме как номенклатурными - телеграммы рассылал губернаторам. И чувствуется все – впали в тупик. И когда впали в тупик, вдруг на одном заседании штаба появляется Коржаков, Барсуков и с ними Кургинян, которого мы знали антиельцинистом всегда, он был ярым защитником прокоммунистических идей и знаем, что у него работал секретный штаб, где собирались из ЦК КПСС. И вдруг он приходит помогать штабу, чтобы у Ельцина пошли хорошо выборы. Оцените, пожалуйста, его поступок,  как можно охарактеризовать такого человека. Правильно, прохиндеем. Слово предоставляется Медведковой Елене.


Медведкова Елена

Спасибо большое, Сергей Александрович, за предоставленную возможность выступить. Уважаемые соратники, дамы и господа! Я рада вас всех приветствовать. Я не готовилась к этому выступлению. Это скорее будет сообщение.

Но, во-первых, я хотела бы сегодня вспомнить с благодарственной памятью тех людей, благодаря деятельности, самоотверженности и тому самому пассионарному порыву которых был совершен ненасильственный переворот или переход от страшного тоталитарного режима к нашей новой России. Я имею в виду А.Д. Сахарова, Б.Н. Ельцина, Г.В. Старовой тову, А.А. Собчака, академика А.Н. Яковлева и Е.Т. Гайдара. Их сейчас с нами нет, но они всегда с нами, с народом России, у которого действительно демократическое будущее. Так я думаю и чувствую, извините.

Теперь, одна тема. Сегодня, конечно, легитимная основа деятельности Бориса Николаевича это выборы его народом СССР и России. И Верховный совет, избранный народом. Но за эти два года с тех пор, как начались экономические реформы, в Советском союзе возникли предприниматели. Вот я пришла именно оттуда. И в предпринимательство тогда шли разные слои общества, в том числе и научно-техническая интеллигенция. Я тоже физик. Я занималась физикой твердого тела, и я прекрасно знаю, что такое фазовый переход. Его у нас не было. У нас была точка дислокации. Так вот относительно предпринимательства. К 91 году в России создалась новая социальная страта, это предприниматели. Да, конечно, туда шли и комсомольцы, и научно-техническая и творческая интеллигенция. И эти люди стали создавать первые предпринимательские общественные организации. Первую из них создал академик Абалкин, она называлась «Международная ассоциация…» так вот она объединяла тогда не красных директоров, а директоров тех заводов, о которых  говорил В.Ф. Шумейко. Они уже были обременены собственностью и думали о реформах. Была ассоциация Вайнберга, объединяющая совместные предприятия, это вообще была прорывная ситуация. Российским заводам разрешили делать СП с иностранным капиталом. Были кооперативные организации фермеров. К 91 году это было действительно развитие гражданского общества.

И как же себя проявило предпринимательство в августе 1991?   О себе рассказываю. В 11 часов 19 августа в академии Абалкина должно было быть совещание по экономической реформе. Накануне, в пятницу, это было 17, я была на консультации у Вольского, он тогда возглавлял научно-промышленный союз и был полным красным директором. Я пришла к нему посоветоваться, и мы с ним дискутировали, и он мне тогда сказал: «Елена, в воздухе пахнет нехорошо». Это был Никитский переулок, пятница. Я говорю: «А что?». «Вот, - говорит, - поверь, надо сейчас аккуратнее» Я живу на Кутузовском и вдруг слышу этот звук танков. Звоню в эту комиссию: «Никуда не приходите, ничего не будет. Вся демократия, ваша экономическая реформа отменяется» Я созваниваюсь со своими коллегами предпринимателями, Марк Массарский, он тогда был Левальберг, Костя Боровой.

… введена в путч незаконно. В час дня давали текст, и после часа стали распространять по всему Советскому Союзу воззвание в поддержку президента и анти ГКЧП. Это было довольно сложно, потому что некоторые наши коллеги дезавуировали 20-го утром подпись свою. 20-е был самый тяжелый день. Я ехала мимо Никитских, и мимо меня шли танки, а я им махала и ребятам говорила: «Остановитесь!» Приехали к Вольскому подписывать. Некоторые коллеги не подписали. Просто, я хочу сказать, что тогда предпринимательство обладало своей гражданской позицией. А сейчас я смотрю, и мне иногда становится стыдно за своих коллег.

Я скажу о сегодняшних днях. Да, конечно, хотят замалчивать. Но давайте проверим на моем примере. Вчера я дозвонилась до Бизнес FM, есть такая радиостанция, там почти нет ерунды и политических заказов. И организовала, чтобы они у меня взяли интервью. Они у разных предпринимателей спрашивают: что вы чувствовали 19 августа, и как вы себя позиционировали? Я слушала-слушала, и во мне ретивой заговорил. Я дала интервью и сказала о нашей декларации в поддержку Ельцина, о методе и о наших позициях. И на вопрос: «а почему у нас не отмечают праздник?» Я ответила: «неправда, у нас  есть праздник 22 августа и поздравила всех россиян с ним». Они глубоко изумились. Я сказала, что придет время, и вместо 4 ноября мы будем праздновать 22 августа. Интересно, дадут сегодня это или нет. Спасибо!

Филатов С.А.: Слово Войханскому Михаилу Борисовичу.


Войханский М.Б.

Уважаемые коллеги! Я коротко представлюсь: в 1991 году депутат Моссовета, после этого пусть шестым подползающим, но состоял в таких институтах, которых при совке  быть не могло. Антимонопольная политика и антикризисное управление. Что хочу сказать. Чем был для нас вообще август? Что случилось после августа? Открылась возможность хоть как-то вылезти из совка. Но что оказалось, мне бы хотелось, чтобы люди подняли руки, кто 20 лет назад был в Белом доме, стоял у Белого дома, и хотел, чтобы через 20 лет нами правили вот эти два кучера. Леса рук не вижу. А, об этом мечтали, понятно, спасибо! С моей точки зрения, почему так произошло. Мы все два года перед этим кричали: «Долой КПСС!», а как только она рухнула, как приступать к строительству нормальной рядовой человеческой жизни без КПСС, никто себе не представлял. Счастье, что оказалась команда Гайдара, которая представляла с какой стороны приступать. И всем его критикам могу сказать, что не до реформ ему было, кстати, в первую зиму как обеспечить города хлебом? Может быть, что-то могло быть иначе, может быть. Но вспомните, в феврале 1917 хоть где-то какого-то городового арестовали, я про октябрьскую сбучу не говорю. Что-то происходило стихийно. В 1956 какому-то одному стукачу перо сунули. Здесь Пономарев говорил, что он хочет, чтобы будущее революции было демократическим. Я могу сказать, что если бы начали здесь избиение партоаппаратчиков, в Москве кончилось бы все Будапештом 56. Но я не слышал за все 20 лет, чтобы к инструктору древнего русского города Мухосранска, инструктору райкома КПСС пришли люди и сказали: «У тебя, брат, много грехов. Сейчас мы их тебе отпускать будем». Ну, не случилось этого. Вот поэтому абсолютно прав А.Б. Чубайс, который говорит: «Бандиты, коммунисты, КГБ-шники, милиция, исполкомы – они бы все равно свое взяли. Хотели мы того или нет». Его задача была ваучерами хоть как-то выпутаться из этой ситуации и упорядочить процесс.

Что теперь? Я согласен, сегодняшний режим рухнет. Но, подумайте, плохая власть лучше, чем никакая. Представьте себе: рухнул сегодняшний режим! И что? В результате свободного альтернативного голосования такие люди, как Немцов, Касьянов, Каспаров, Рыжков окажутся у власти? Я сомневаюсь. Я сомневаюсь, что хоть 0,5 % наберут ООД Солидарность, Парнас и так далее. Я лично даю ему еще лет 12-13 до следующего окончания срока Путина. Рухнул, что, драка всех против всех? Миротворцы типа Югославии? Приход совершенно отмороженных людей? Что будет? Готовы мы сегодня? У меня большие сомнения! О, есть те, кто готовы. Ну, с вами мне понятно, мы общались на эту тему. Он уже готов брать власть. У него есть и команда. Я пытаюсь без помощи вип-персон демдвижения как-то что-то выстраивать. Снизу команда единомышленников, потому что под лидеров ничего не сделаешь. Они выбрали севрюжину с хреном.

Закончить я хочу следующим. С моей точки зрения, может быть, если мы сможем, хотя бы принципы обращения лидеров дем. Движения с рядовым активом изменить, чтоб было не по-путински, а иначе, уже что-нибудь изменится. Вот, Сергей Александрович – первый после аппаратчика Петрова наш председатель администрации президента, наш! Первый наш кандидат от демократов в премьер-министры. Сергей Александрович, так, как вы давали очередность выступлений, я прошу прощения, точно так же делал бы Сурков. Нет отличий. Когда качество немного изменим, чтоб наши лидеры немного изменились в чем-то, вот тогда, может быть, сделаем небольшой, но шажок! Спасибо!

Филатов С.А.: Слово профессору Игорю Григорьевичу Яковенко, его тема выступления  «Итоги: логика исторической трансформации»


Яковенко И.Г.

Все устали. Я постараюсь быть совершенно правильным и кратким. Я начну с простой вещи. Прожил я довольно долгую жизнь, и годы с 1990 по 1994 – это лучшие годы в моей жизни. Хотя жилось бедно, сложно, была свобода, и это стоит всего остального. Теперь, по существу нашей проблемы. Мы понимаем, что то, чего мы хотели в 1991 году и та реальность, которая настала, разительно отличаются. Но вот разговор на тему: «Кто в этом виноват, и с чего началось грехопадение нашей революции» мне представляется малопродуктивным. Да, могли быть другие персонажи, другая политика, но была такая вещь, как состояние общества, объективный уровень сознания людей. Есть либеральная мифология. Она состоит в том, что все люди хотят свободы. Это фикция. Свободы хотят те люди, которые дозрели до идеи свободы, кто стал личностью или те, кто стоят на пути становления личности. Тем, кто до этого не дошел, нужна гарантированная кормушка, устроенные устои жизни, чтобы власть всех накормила, дала работу. Свобода – это некоторая стадия развития человечества, но не всем она гарантирована, и не все ее желают. Об этом надо помнить. Поэтому, когда мы говорим о том, как оно сложилось и почему, надо это понимать.

Теперь про империю. Иногда аппелируют к какому-то референдуму по поводу сохранения  империи. Возникает вопрос: а что, население Римской империи или, скажем, Ассирийское выступало, за крах своих собственных империй? Империя распадается в силу объективных законов истории. Хотят этого или не хотят, они не выбирают. Есть реальность. Об этом надо помнить. А теперь несколько слов о том, что конкретно происходило. Давайте вспомним, советское общество не имело никакого представления о природе исторической альтернативы коммунизму. В Советском Союзе не жил никто, кто жил до того, в отличие от Прибалтики и Восточной Европы. А это огромной важности вещь, когда человек хотя бы в молодости или в детстве пробовал и щупал эту альтернативу. Это была мифология. Единицы, работавшие за рубежом, какие-то шпионы за рубежом, люди типа Гайдара, которые годами читали литературу, разбирались в экономической логике, что-то понимали. Не было этого опыта.  Это первое. История человечества на момент 1991 года  не располагала опытом выхода из коммунизма. Опыт проваливания в коммунизм был, а выхода – в принципе не было. Немного раньше нас начала Восточная Европа, но это были люди, которым привезли коммунизм на советских танках. Они не из себя выстрадали его, как русские, и не навязали всему человечеству. Давайте помнить об этом.

В сознании людей главенствовала позитивная мифология. «Вот мы уберем коммуняк, и все будет хорошо». Что за убиранием коммунистов надо быть самостоятельным, ответственным, брать на себя это бремя, меняться, учиться, что исчезнут гарантии – об этом никто не думал. Есть такая логика: «Это плохо. Завтра мы это сломаем и будет хорошо». Это очень важно. И, наконец, в то время не существовало никакой теории о том, какая будет реальность. И ученые, и публицисты работали на уровне интуиции. Вот сегодня есть какой-то цивиллизационный анализ из советского опыта, тоталитарный режим в принципе не дает формироваться внутри себя самого альтернативе. Но не было и методов понимания, слога.

Люди предполагают, что революция – это одномоментное событие, о чем нам говорит история человечества. Революции часто идут итерациями. Одна, вторая. Был пятый год. Он дал России парламент и много еще чего. Был 17-й год. Это кончилось большевиками. Была революция, которую мы сегодня чествуем. Это была следующая итерация. А та ситуация, которая сложилась сегодня в России, на мой взгляд, ситуация тупиковая. Я никаких 12 лет сегодняшнему режиму не даю. Я полагаю, что таймер работает более интенсивно, и прокукует это раньше. Будем надеяться, что следующая итерация будет демократической  и продвигающей общество. И давайте зафиксируем одну вещь: при всех потерях, которые мы понесли за 20 лет, при бездне разочарований, которые мы пережили, сегодняшнее население РФ неизмеримо более готово к жизни в рыночной экономике. Уродливый, чудовищный рынок, но это уже не совки, немного другие люди. Нравится нам или нет, идея империи постепенно умирает, слава Богу! Даже газета «Завтра», которую я читаю 20 с лишним лет, о восстановлении Советского Союза не пишет! Этот поезд ушел, и рельсы разобрали. Когда мы лазаем в чаты, самые тяжелые, там начинается такой разговор: «Отрезать этот  Кавказ! Почему мы должны его кормить, мы кладем свои жизни». Люди начинают мыслить национально, приходит ощущение, что империя идет за мой счет. Элиты не пойдут воевать в эту империю. Ресурсы, которые империя оплачивает, это не ресурсы элиты, она режет и растаскивает, это ресурсы маленького и среднего человека. В обществе происходят важные тектонические сдвиги в сознании, в мироощущении. И эти изменения готовят следующую диспозицию. Я думаю, нам надо фиксироваться не на вполне понятных нам трагедиях и ожиданиях, любая революция переживается эскаталогически. Как движение в царство свободы. Вспомним революцию на Украине. Ее показывали по телевизору 5 лет назад. Это нормально. Революции всегда разочаровывают в своих итогах в большей или меньшей степени. Это тоже нормально. Но, как говаривал один публицист и экономист в прошлом веке: «Крот истории все-таки роет». И на этой оптимистической ноте я закончу.

Филатов С.А.: Вот Игорь Григорьевич сказал, как меняется человек и его сознание, восприятие, язык и прочее. Я прочитаю выдержки из стенограммы, когда Миша Астафьев 23 мая во время обсуждения Декларации о суверенитете России принес российский флаг, и какая была реакция Горбачева и президиума на это. Какие слова применялись.

Миша сидел рядом со мной. Достал кейс и вытащил оттуда флажок триколор на подставке и поставил перед собой. Горбачев сидел на балконе с Лукьяновым и когда увидел этот флажок – дал знак Василию Ивановичу, а Василий Иванович – Калашникову (секретарь Рязанского обкома КПСС), который выступал в это время и  говорил о суверенитете, что не надо торопиться и так далее. И когда сигнал ему пришел, он говорит: «Давайте уберем со столиков имперские флажки, товарищи депутаты москвичи. Может быть, вы уже живете в монархическом государстве, но вы вспомните, что на вас смотрят не только зарубежные корреспонденты, но и наши российские избиратели». Затем последовал выпад председательствующего: «Товарищи, видимо в этом зале кое-кому не нравится, что съезд проходит в нормальном рабочем режиме. Об этом товарищ Калашников говорил. Поступила также записка от депутации Челябинской области, которую они просят огласить. Читаю: «В зале, а также в рядах одной из делегаций появляются флаги с символикой царской России. Считаем для себя оскорбительным присутствие данной символики в нашем зале и просим ее убрать. Возможно, инициаторы этого перепутали съезд депутатов России с очередным митингом. Просим огласить нашу записку и навести порядок в зале». Такая же записка поступила и от Орловской депутации. Требование убрать флаги Казаков ставит на голосование, «за» проголосовало 649 депутатов и председательствующий говорит: «В случае необходимости съезд поручит коменданту Кремля исполнить решение о том, чтобы убрать флаг и вывести виновников из зала». Трудно представить, чтобы сегодня против этого флага кто-нибудь так говорил. Но было время, когда говорили, с кулаками готовые биться за это. За то, что мы ведем страну в имперское государство.

Слово предоставляется Шаравину Александру, блестящему  аналитику. Человек, который долго занимается анализом положения дел наших вооруженных сил и в нашей политической системе. Человек уважаемый.

Шаравин А.А.

Уважаемые коллеги! Я, в отличие от предыдущего оратора, вообще-то большим оптимистом по поводу крота истории не являюсь. Потому что в прошлом году мы встречались с друзьями офицерами, генералами, участвовавшими в обороне Белого дома, и один из нас тогда сказал: «Ребят, не волнуйтесь, история все расставит по своим  местам». Я ему тогда возразил, сказал: «Знаешь, может и не расставить, потому что, чтобы история расставила все по своим местам, надо работать всем. Не только историкам, как Толя Цыганок старается сохранить все, что у него есть, все эти знания оставить будущему поколению. Не только Ю.Н. Афанасьеву и С.А. Филатову работать, а всем нам, здесь сидящим. Потому что та память, которая у нас есть – бесценна. Мы уйдем, и ее не останется. Вы посмотрите, что сейчас происходит. Кто главный герой на всех телеканалах и радиостанциях? Это, конечно, Д.Т. Язов. Совершенно выдающаяся личность. Ну, и дальше - Стародубцев, Бакланов и так далее. Эти люди нам рассказывают, как они хорошо и правильно все делали, они ничего не хотели делать плохого, даже штурмовать Белый дом не хотели. Просто они не хотели кровопролития. Как будто мы не помним и не знаем этого. Будто мы не знаем, что были отданы приказы о штурме, и что у них просто не оказалось  сил и смелости, чтобы этот штурм осуществить. У них и сил не было: альфа-группа, их главная ударная сила, отказалась штурмовать. Но мы не знаем и вторую часть истории о том, что альфа-группа не просто так отказалась штурмовать. Мы были свидетелями, как Г. И. Захаров – контр-адмирал – рассказывал, как он встречался с Карпухиным, командиром группы альфа, и сказал: «Ребята, штурм Белого дома не будет прогулкой для альф. Вы потеряете половину состава, потому что на нашей стороне тоже есть профессионалы, которые будут драться с вами профессионально, и вы без жертв не обойдетесь. Каждый из нас заберет с собой по несколько человек». Это было холодным душем для Карпухина. И он пришел к своим людям и сказал, что никакого штурма не будет, мы не пойдем на Белый дом. И не только потому, что Карпухин был такой миролюбивый, а потому что понимал, что это будет реальная мясорубка, где они могут сильно пострадать. Эти вещи мы сегодня не  знаем, они не являются достоянием общественности. Сегодня у нас столько мифов  вокруг этих событий, и мы 20 лет наблюдаем с вами, как эта гора мифов превращается в псевдоисторию, и она владеет массами. Вы посмотрите, сколько людей поменяли свое мнение об августе 1991 за эти 20 лет. И их мнение теперь иное. Мы понимаем, что для этого есть объективные причины. Главными интерпретаторами тех событий стали те люди, которые потерпели тогда политическое поражение, которые были преступниками. От того, что их амнистировали, они не перестали быть преступниками. В моем сознании они, безусловно, преступники. Родина их простила, но это не значит, что они оправданы, что не было преступления. К сожалению, сейчас власть действует как политический мазохист. Мне несколько лет назад удалось достаточно долго говорить на эту тему с нашим главным идеологом в стране, я только пытался ему один вопрос объяснить: они пилят сук, на котором сидят. Он мне сказал: «Я с вами был в августе 1991, и в октябре 1993. Я такой, как вы. Да, вы правы, действительно, этих людей не надо выпускать на арену, наверное, мы тут перегнули». И после этой беседы еще больше стало этих людей на экране. И сегодня реальное отношение власти вот в этой бумаге выражено. Сергей Александрович написал бумагу в министерство обороны о том, чтобы нам на эти праздники выделили караул, который каждый год всегда выделялся. Когда возлагают венки к могилам усопших ребят. Это последние герои Советского Союза. Там всегда был оркестр, венки. И вот эти ребята из почетного караула отдавали  им дань памяти. Вот сегодня пришел ответ, где Сергею Александровичу сказано, что больше никакого караула не будет. На 20-летие такая наглая циническая бумажка. Я считаю, что это за гранью. Я не представляю, как человек мог подписать эту бумагу. Это заместитель начальника генерального штаба, начальник московского территориального гарнизона, генерал Герасимов. Вот он написал, что не положено никаким общественным организациям никакие караулы выделять. Надо обязательно выложить. Потому что это возмутительно. К 20-летию этих событий власть сама себя уничтожает. Причем, самое обидное, что не только власть. Я с журналистами говорил. «Ребята, - говорю, - что вы делаете? Вам что, приказ дан вытаскивать этих людей на экран?». Они говорят: «Не, прикольно!» Так этим господам еще и деньги платят за то, что их в эфир приглашают.

Я просто хочу призвать защитить историю августа 1991 и октября 1993. Кроме нас никто это не сделает! Хотя бы небольшим тиражом воспоминания каждого человека должны остаться в памяти наших потомков. Иначе мы будем виноваты перед историей и лицом людей, которых уже нет! Спасибо!

 

С.А. Филатов

Вы знаете, тут какая-то странная записка от Карчинского пришла о порядке награждения участников. Андрей, что вы хотите сказать по этому поводу? Я могу сказать одно, что мы с Юрием Федоровичем Яровым были у Нарышкина с письмом Президенту. Президент согласился с тем, что они проведут награждение участников событий 1991 года, которые были забыты. И мы 167 человек представили к награждению медалью «Защитнику свободной России». Сейчас указ находится на подписи. Они дали согласие, обойдя всех чиновников, губернаторов, министерства и прочее, наградить ребят по представлению Организационного комитета. Так, как это было до 2001 года. Мы в этом плане им благодарны очень. Дай, Бог, хоть одно дело сделают хорошо.

Я чувствую, что все устали. Я постараюсь не обобщать выступления. Хочу сказать, что выступления были интересными и, мне кажется, очень полезными. Потому что  я впервые присутствую, когда мы говорим не о том, что мы сделали и какие мы хорошие. А когда мы делаем анализ того, почему это все произошло и смотрим своими глазами на нашу вину в том, что произошло со страной. Конечно, у нас есть объективная причина. Она состоит в том, что если ты начинаешь преобразования, то ты их должен закончить. Но если мы вступили на демократический путь, мы должны были через определенное время и определенные конституцией законы уйти из власти, надеясь на то, что те, кто приходят на твое место продолжат это. К сожалению, не всегда так получается. Не получилось и в этот раз. Поэтому, мне кажется, это очень важно, поговорить о причинах всего того, что было в течение этих 22 лет. Конечно, мы дезорганизованы. Морально убиты. Потому что каждый раз, когда ругают то время, ругают то, что произошло, часть вины, кажется, падает и на тебя. Хотя, честно говоря, очень многие процессы проходили помимо нас. В этом и есть отличие  авторитарного режима, который был у нас, хотя мы называли его демократическим режимом. Потому что очень многие вещи решались в кабинете без твоего участия, и ты вдогонку мог что-то сделать или сказать. Мне выступление Юрия Николаевича  понравилось, хотя я с Евгением Григорьевичем потом поспорю, потому что рынок без демократических подпорок и институтов, и без жесткой демократии становится бандитским рынком. Это совершенно очевидно, потому что только демократия дает возможность включиться и правовой, и судебной системе, и голосу свободы, и праву, которые очень необходимы для того, чтобы регулировать этот процесс.

Вообще, должен сказать, что меня вот что огорчает. Очень много приходится выступать, много говорить, отвечать на вопросы корреспондентов. Но я за эти годы наблюдаю то, что наши голоса и то, что мы говорим и рассказываем до людей не доходит.  И я в течение многих лет наблюдал, как растет озлобление на радиостанциях, на которых мы выступаем, по тем реакциям слушателей, которые приходят по смс-кам, по телефону, по электронной почте и в открытом разговоре. По этой реакции – мы жулики, которые пришли для того, чтобы завладеть собственностью, что мы им морочим голову и так далее. Я позавчера был на просмотре фильма Светланы Евтушенко, пригласила российская газета. Фильм снят 2 года назад, а решили его показать почему-то сейчас, может быть, к предвыборной кампании. Фильм, который сделан по повести Ильи Рошаля, я не помню его названия, но смысл книги и этого фильма в том, что главный герой там один молодой человек - пройдоха, аферист, который очень хочет занять место своего начальника в одном из отделов института. Начальник этого отдела умирает у него на руках, такое ощущение, что он ему помог уйти из этой жизни. Герой – довольно сексуально активен, многие его дела, которые он проворачивает, связано с сексом. Есть любовница, с которой он проводит время. Но эта любовница, по его мнению, и действительно, работает как вычислительная машина и руководит его процессами. Что ему надо сделать для того, чтобы он стал начальником этого отдела. И когда умирает его начальник, конечно, возникает вопрос: кого поставить? Его главный начальник – глубокий демократ, он сильно себя проявил и в защите Белого дома во времяГКЧП. Он ему говорит: «Мы посоветовались и у нас 50 на 50. 50 за тебя и 50 за другого человека. Мы будем думать». А в это время происходит ГКЧП. И она ему советует, как себя вести: надо пойти в Белый дом, там себя проявить, надо проявить себя на телевидении, надо, чтобы тебя увидел начальник. И все это осуществляется. Его везде приветствуют, он великий демократ, хотя там пробыл всего 1,5 часа, остальное время провел у любовницы в постели. Его немедленно назначают начальником отдела. Он порывает отношения со всеми женщинами, любовницами и теми, кто покровительствовал и помогал ему прийти на эту должность. Вот этот фильм показывает, кто истинно был защитником Белого дома, кто был героем того времени. Я сидел совершенно оскорбленный и думал: «Вот этот образ пройдохи я должен применить к себе? То есть, человек, который пришел в Белый дом депутатом, пошел защищать Белый дом, значит у меня есть какой-то корыстный интерес?» Я не стал дожидаться выступлений, тем более в зале никого не осталось, видимо, такими оскорбленными были все. Но смысл здесь, видимо, такой:  когда я узнал, что фильм сняли 2 года назад, и сейчас он появится на экранах, то это должно еще раз подтвердить зрителю, что эта власть пришла во-спасение тех, кто делал преобразования в начале 90-х годов. То есть власть продолжает дискредитировать нас, как участников не только событий 1990 года, как участников создания конституции, как участников начала реформ, как участников построения демократического общества, и так далее. Этому, конечно, можно противопоставить только одно: рассказывать свою правду. И кто-то здесь очень правильно сказал, что надо писать свои книги, выступать. Но самое главное, что нужно понять нашу невину, а может и вину и нашу беду того времени, что мы в то время не организовались. Вот Евгений Григорьевич говорит, что надо делать экономические реформы. Правильно, правительство делает экономические реформы, а мы в администрации президента работаем, чтобы сделать конституцию РФ, сделать какие-то законы, сделать многопартийную  систему и так далее. Процессы должны идти не параллельно, а как единое целое. Но мы работали все-таки с правительстве не так связно. Они работали сами по себе, выполняя свои задачи, мы - свои. Связующего элемента в виде партии, общественного объединения, которые нас бы связывали и  дал бы возможность определить общую точку зрения на развитие страны, не было. Я сижу и думаю, какая печаль, что межрегиональная депутатская группа, в которую входил Б.Н. Ельцин, Г.Х.Попов, С.Б.Станкевич, Ю.Н.Афанасьев, Ю.Д.Черниченко, А.Д.Сахаров – это люди, на которых мы ориентировались. Они нас подняли пойти в политику. И когда-то в виде президентского совета они еще участвовали в работе президента РФ Ельцина. В этот бы союз нам тогда объединить МДГ, Демократическую Россию и Президента. Тогда не было возможности создать такую партию, которая бы пользовалась популярностью у людей в народе. А такой Союз мог бы стать хорошей координирующей силой при политических и экономических реформах.

Поэтому надо думать о том, что если мы хотим в дальнейшем обществу помогать структуризироваться,  то надо создавать щирокое общественно-политическое объединение.

Еще я хочу сказать, меня печалит не только это письмо, которое вы прочитали, я вам сейчас расскажу один факт, от которого мне плохо становится. Мы проводим митинг 22 числа. Большой митинг, на который людей можно призвать только с помощью средств массовой информации. Мы сегодня разослали 300 с лишним приглашений, пришло сюда 70 человек. У нас есть радио Эхо Москвы, которое мы спасли в годы ГКЧП, они были закрыты. Мы предоставили им потом помещение  - сделали все, чтобы эта радиостанция была рупором демократии. Сегодня мы попросили, чтобы они сделали пару объявлений о том, что у нас будет митинг, а они запросили 60 000 рублей. Я чего угодно от них ожидал, но не этого.

И, вот, последнее, что я хочу вам сказать. Александр Николаевич, если помните, Яковлев выступал на сессии Верховного совета 22 августа. Он пару слов сказал, но ушел с трибуны и нас всех потряс тем, что он сказал. Он сказал: «Вот вы радуетесь победе, вы сегодня все в эйфории. Но имейте в виду, если вы дальше будете бездействовать и не закрепите свою победу, то  придет политическая шпана, которая эту победу присвоит себе». Я не думаю, что сегодня уже поздно. Но давайте мы сделаем все, чтобы этого не происходило! Еще раз хочу вас поздравить с праздником! Спасибо!